Николай Виденин когда-то мечтал снимать собственные фильмы. Он учился на режиссерском факультете, писал сценарии, ходил на студию с горящими глазами. Но жизнь распорядилась иначе. Теперь ему тридцать с небольшим, а работает он в маленьком видеосалоне на окраине Ленинграда. Каждый день одно и то же: перематывать кассеты, выдавать «Рэмбо» и «Терминатора», объяснять бабушкам, почему «Ералаш» стоит в другой секции.
Всё изменилось в один обычный осенний день. В салон зашли старшеклассники, попросили что-то «поинтереснее». Николай, не особо вникая, протянул им кассету из-под прилавка. Он думал, что это очередной боевик. Оказалось - совсем другой жанр. Мальчишки успели посмотреть минут десять, прежде чем их родители подняли шум. А дальше началась цепочка событий, которую Николай потом будет вспоминать как страшный сон.
Сначала милиция. Потом протокол. Потом суд. Обвинение звучало серьёзно: распространение порнографической продукции несовершеннолетним. Николай пытался объяснить, что это была случайность, что он сам не знал, что лежит в той коробке. Но судья смотрел строго, а свидетели из зала качали головами. В итоге дали срок. Не слишком большой, но достаточный, чтобы жизнь перевернулась.
Так Николай оказался в колонии-поселении. Место глухое, лес кругом, бараки старые, воздух пропитан запахом хвои и сырой земли. Здесь никто не спрашивает про твои дипломы и мечты. Здесь спрашивают только одно: умеешь ли ты держать топор и пилу. Новенькому быстро дали кличку - Видик. Потому что раньше он нажимал «Play» на видеомагнитофоне, а теперь должен нажимать на жизнь совсем по-другому.
С утра и до вечера - лес. Валить, обрубать сучья, складывать в штабеля, грузить на машины. Руки быстро покрываются мозолями, спина привыкает к тяжести. Вечером в бараке тихо. Кто-то играет в карты, кто-то пишет письма домой, кто-то просто лежит и смотрит в потолок. Николай сначала молчал почти всё время. Потом стал привыкать. Оказалось, что даже здесь есть свои маленькие радости: горячий чай из термоса, запах свежих опилок, редкие разговоры по душам.
Самое странное - он начал замечать, что в этом тяжёлом ритме есть что-то настоящее. Никаких иллюзий, никаких красивых слов. Просто работа, люди рядом и небо над головой. Иногда по вечерам, когда все уже спят, он вспоминал свои старые сценарии. И впервые за много лет подумал: а может, в этой лесной глуши скрывается история получше, чем всё то, что он когда-то придумывал на бумаге.
Жизнь в колонии течёт медленно. Дни похожи друг на друга, но в этой похожести постепенно появляется порядок. Николай учится не просто махать топором, а делать это правильно, без лишней траты сил. Он слушает рассказы старожилов, которые сидят уже не первый срок. Узнаёт, как люди ломаются, а как - наоборот, собирают себя заново. И потихоньку понимает: то, что он считал концом, на самом деле может оказаться началом.
Иногда ему снится видеосалон. Полки с кассетами, запах пластика, старый телевизор в углу. Просыпается - вокруг тишина тайги, только ветер шумит в соснах. И в этот момент он уже не знает, чего хочет больше: вернуться в тот маленький зал с мигающей вывеской или остаться здесь, где каждый день приходится доказывать, что ты всё ещё живой.
А ещё он стал замечать, что в лесу красиво. Особенно рано утром, когда туман стелется между деревьями, а солнце только-только пробивается сквозь ветки. Раньше он смотрел на такие вещи только через объектив камеры. Теперь смотрит просто глазами. И впервые за долгое время ему кажется, что этого достаточно.
Читать далее...
Всего отзывов
5